СУДЬБА, РОЖДЕННАЯ СИЛЬНЫМ ХАРАКТЕРОМ

Очерк

В жизни каждого человека нередко случаются обстоятельства, которые испытывают его на стойкость духа и верность собственным убеждениям. И кто-то, встав однажды перед серьезным выбором, отступает, сворачивает со своего пути, поддается каким-то искушениям или простому и, в принципе, достаточно понятному желанию оставаться в стороне. Другие тем временем продолжают идти вперед, на встречу дующему в лицо ветру, потому что только так они могут сполна ощутить ту подлинную свободу, которой повседневно живут их сердца, не ведающие покоя и не знающие устали. «Судьба неизбежнее, чем случайность. Судьба заключена в характере», — писал когда-то выдающийся японский писатель Акутагава Рюноскэ…

СТАНОВЛЕНИЕ настоящего характера всегда определяет прочный внутренний стержень, позволяющий его обладателю преодолевать любые трудности. Подтверждая это, биография героя моего сегодняшнего очерка, в которой нет никаких случайностей, может послужить примером для многих. Но прежде всего, конечно, для тех, кто и сам не лишен бойцовских качеств, кто твердо решил для себя идти к достижению жизненных целей, никогда не потакая минутным слабостям, сгубившим, как известно, немало великих замыслов. В этой биографии, за каждым поворотом которой читается благородное стремлении к внутренней свободе и совершенству, можно помимо всего прочего проследить рождение и становление незаурядной человеческой натуры. Именно таким натурам свойственно совершать поступки, способные что-то менять вокруг в лучшую сторону, а другими словами — преображать действительность.
Магамету Бузуртанову пришлось расти без отца. Он появился на свет 12 февраля 1939 года, через два месяца после его гибели. Так уж получилось, что Османа Исааковича, когда-то мечтавшего стать школьным учителем, судьба привела на самое острие опасности. Он окончил Центральную школу ОГПУ (в настоящее время это – Академия ФСБ России им. Ф.Э. Дзержинского) и в апреле 1934 года был назначен оперуполномоченным Галашкинского районного отделения ГПУ. Борьба с бандитизмом стала его повседневным занятием, делом, сопряженным с огромным риском. 20 февраля 1936 года этот молодой чекист уже возглавил Саясановский райотдел НКВД, полностью оправдав возложенные на него надежды.
Смелый и решительный, он был непоколебим в своем горячем стремлении восстановить спокойствие на родной земле. И когда к концу 1937 года заметно осложнилась обстановка в Галанчожском районе Чечено-Ингушетии и остро встал вопрос о том, кто же сумеет навести там порядок, выбор снова пал на Османа Бузуртанова, уже успевшего завоевать авторитет и уважение со стороны населения. Вскоре он отправился в Галанчож, и 4 февраля 1938 года принял на себя руководство местным районным отделением НКВД. Никогда не отступаясь от своего принципа встречать опасность лицом к лицу и не прятаться за спины подчиненных, Осман Исаакович и здесь не раз рисковал жизнью. О его бесстрашии ходили легенды. Но однажды решение в очередной раз в одиночку отправиться на переговоры с бандитами стало для чекиста роковым. Он был расстрелян несколькими выстрелами в упор…
О своем отце Магамет Османович и его старшая сестра узнавали по рассказам матери. Это была, без преувеличения, мужественная женщина. Рано овдовев и оставшись с двумя малолетними детьми на руках, она всю свою жизнь положила на то, чтобы вырастить их достойными людьми. Впереди ее ждало немало тяжелейших испытаний, но она не сломилась, приняв на свои хрупкие плечи тяжелую ношу. До сей поры о Пятимат Газдиевне Бузуртановой (в девичестве Цолоевой) с нескрываемым уважением и почтением говорят: «Къонах сана саг яр из». И для этого есть все основания.
Черный февраль 1944 года и последовавшие за ним для ингушей годы бесправия и произвола, в полной мере высветили все грани характера Пятимат Газдиевны. Долгую и изнурительную дорогу в Казахстан Магамет Османович, которому было в ту пору всего пять лет от роду, помнит смутно. Но позже старшие рассказывали, как на одной из остановок на каком-то глухом полустанке его мать взяла в руки топор и, перерубив проволоку, связавшую петли, распахнула двери теплушки, чтобы томившиеся в ней люди могли сделать глоток свежего воздуха. К вагону мгновенно бросились энкаведэшники с автоматами наперевес, но Пятимат Газдиевна остановила их гневным окриком: «Я вдова чекиста! Только посмейте стрелять!»
В Казахстане, где спецпереселенцы оказались заложниками бесчинствующей комендатуры, эта женщина тоже не раз спасала от неминуемой расправы своих земляков. Благодарная людская память прекрасно сохранила воспоминания об этом. Получая пособие на детей, она до кровавых мозолей трудилась наравне с другими, помогала, как могла родным и близким, сделала все для того, чтобы ее дочь и сын могли учиться.
Окончив среднюю школу, Магамет поступил учиться в Акмолинский торговый техникум. Он тогда только открылся, да и выбирать парню было не из чего – путь за пределы места проживания для спецпереселенца был заказан. После окончания техникума Магамет успел год отработать товароведом на Акмолинской торговой базе, а потом… Потом была дорога домой, возвращение на Кавказ, в ожидании которого долгие годы жил весь народ.
Магамет возвращался на Родину двадцатилетним парнем, сохранив до сей поры теплую память о казахском народе, который вопреки сталинской пропаганде так и не увидел в ингушах «врагов народа», был доброжелателен и отзывчив к людям, не по своей воле заброшенным в его края. В памяти Магамета Османовича и сейчас предстают добродушные лица его казахских друзей, светящиеся затаенным огнем глаза таких же обездоленных, как и он, сверстников-немцев, улыбки братьев-балкарцев, прошедших тот же земной ад, в котором оказались все ингуши. Что и говорить, тех, чье детство пришлось на суровую годину испытаний, навсегда породнила судьба…

В 1959 ГОДУ Магамет Бузуртанов поступил в знаменитый Чечено-Ингушский госпединститут, ставший кузницей кадров для восстановленной республики, а позже получивший статус университета. С городом Грозным отныне окажется связанной вся его последующая жизнь вплоть до 1995 года. Еще в студенческую пору он ярко проявил свои лидерские качества, был комсомольским вожаком, совмещал учебу с активной общественной работой. Блестяще окончив вуз, пошел трудиться в школу, но на педагогическом поприще задержался недолго. Через год его организаторские возможности были востребованы комсомолом.
Первой должностью Магамета Бузуртанова стало руководство школьным отделом в Старопромысловском райкоме ВЛКСМ города Грозного. Через полгода на очередной отчетно-выборной конференции его избрали вторым секретарем райкома комсомола. В общей сложности, без малого десять лет отдал он комсомольской работе, став настоящим вожаком инициативной молодежи.
В последующие годы он в разное время занимал посты первого секретаря Октябрьского райкома, второго секретаря Грозненского городского комитета комсомола, второго, а затем и первого секретаря Чечено-Ингушского обкома ВЛКСМ. Оказавшись во главе почти стотысячной армии молодежи, молодой комсомольский лидер взялся за дело с присущим ему запалом и энергией. Это была огромная ответственность и в то же время настоящая школа жизни, закалявшая характер, выдвинувшая на первый план главные жизненные принципы Магамета Бузуртанова.
Этим принципам — быть полезным людям и служить родной земле, не жалея себя и своих сил — Магамет Османович следует и по сей день. На пороге 80-летнего юбилея я застал его в гуще общественной работы, по-юношески подтянутым, полным новых планов и идей, открытым, искренним и по-прежнему смотрящим на мир глазами созидателя…
В 34 года он стал секретарем Чечено-Ингушского обкома КПСС, одним из самых молодых руководителей такого ранга в СССР. Но произошло это как раз в ту пору, когда ингушский народ вышел на площадь Ленина в Грозном и громко потребовал восстановить, наконец, его территориальную целостность. В дни памятного январьского митинга, ставшего важной вехой в истории ингушского народа, Магамет Османович находился в Москве, на пленуме ЦК ВЛКСМ. Вернувшись домой, он застал Грозный погруженным в тяжелую атмосферу запускавшихся жерновов репрессий. Власти, придя в себя от первоначальной растерянности, к тому времени уже разогнали трехдневный митинг, и над тысячами людей, посмевших напомнить о своих правах, попранных сталинизмом, нависла угроза неминуемой расправы.
Развернулась широкая компания шельмования представителей ингушской интеллигенции, возглавивших протестные настроения, посыпались увольнения с работы, обвиненные в национализме коммунисты-ингуши исключались из партии. Власть решила проучить целый народ, расценив его организованное выступление в защиту своих прав как вызов системе, пошатнувший ее основы.
В своей новой должности Магамет Османович приложил немало усилий, чтобы смягчить удар по его народу. Этот период жизни оказался для него самым трудным, и, как хорошо известно, далеко не все смогли достойно прожить то пронизанное стужей время. Кто-то предпочел забыть о своем сыновнем долге перед собственным народом, потому что так было легче, и навсегда утратил возможность честно смотреть в глаза людям.
— Маховик репрессий ЦК КПСС в отношении руководителей и творческой интеллигенции ингушской национальности набирал все большую силу, — вспоминает М.О. Бузуртанов. – Людей обвиняли в махровом национализме лишь только за то, что они встали на защиту законных прав и интересов ингушского народа. Жесткий партийный диктат не допускал никаких компромиссов в отношении тех, на кого обрушились гонения, и в этой ситуации я считал для себя необходимым искать любую возможность, чтобы помочь им восстановить доброе имя, вернуть их к активной жизни. Чаще мне это удавалось, хоть и было очень нелегко.
Многие из тех людей навсегда останутся гордостью и цветом ингушской нации. На вершине этой блистательной плеяды лучших сынов Ингушетии стоял, конечно, незабвенный Идрис Базоркин. Я безмерно горжусь, что мне довелось общаться с ним, учиться у него любить свой народ и жертвовать собой во имя этого народа. В Идрисе Базоркине глубоко и органично сочетались талант Льва Толстого, патриотизм Ганнибала и мудрость Омара Хаяма.

Он никогда за всю свою трудную жизнь не предал свой народ, ни на йоту не поступился его интересами, и потому всегда будет оставаться совестью нации, символом ее высокой чести и несломленного духа! Этого великого человека не смог сломить даже всесильный комитет партийного контроля ЦК КПСС. Уж я-то точно знаю, как его по-настоящему боялись там, наверху…
В годы своей работы в Чечено-Ингушском обкоме КПСС Магамет Османович Бузуртанов тесно соприкасался с ингушской научной и творческой интеллигенцией. С кем-то из тех, чьи имена сегодня у всех на слуху, его связали со временем и теплые дружеские отношения. Среди них поэты и писатели Джемалдин Яндиев, Ахмет Боков, Ахмет Ведзижев, Хамзат Осмиев, Абу Мальсагов, Саид Чахкиев, журналисты Тухан Тебоев, Султан Котиев, Башир Чахкиев, Абу Гадаборшев, Мустафа Аушев, Лилихан Аушева, яркие представители театрального искусства Магомед Цицкиев, Магомед Дидигов, Магомед-Гирей Хадзиев, крупные ученые Ахмет Мальсагов, Ибрагим Дахкильгов, Фирюза Оздоева, Тамерлан Муталиев, Магомед Кодзоев и многие другие.
— Самые добрые воспоминания сохранились у меня и о Тамаре Берсановне Кодзоевой, — говорит М.О. Бузуртанов. – Будучи первым заместителем председателя Совета Министров ЧИАССР, а потом и министром здравоохранения республики, она внесла заметный вклад в развитие этой важнейшей сферы. Будучи крупным организатором здравоохранения, обладающим упорством и железной волей, она добилась строительства районных больниц в Назрани и в Малгобеке, стояла у истоков медицинского училища в Ингушетии. Ее авторитет во врачебной среде был непререкаемым, огромным уважением пользовалась она далеко за пределами ЧИАССР. Думаю, сегодня было бы вполне справедливым присвоить имя Тамары Берсановны одному из медицинских учреждений нашей республики.

ДАЖЕ самая незначительная доля власти иному человеку может так вскружить голову, что это изменит его до неузнаваемости. Многие мудрецы, основываясь на личных наблюдениях, оставили на память потомкам высказывания о том, что власть портит людей. И, собственно, отрицать это невозможно. Но все же есть люди, которые всем своим существованием опровергают и это устоявшееся мнение. Магамет Османович Бузуртанов как раз из числа таковых. И мне кажется, что не последнюю роль в этом сыграли его корни, прослеживающиеся из глубокой древности. Но об этом чуть позже.
В 1981 году на одном из идеологических совещаний в ЦК КПСС произошло неординарное событие. Главный партийный идеолог, приехавший в Москву из Чечено-Ингушетии (а им, как вы догадываетесь, был М.О. Бузуртанов), неожиданно выступил с предложением об открытии в республике мечетей. Его речь была принята неоднозначно, однако в поддержку Магамета Османовича выступили заместитель заведующего пропаганды ЦК КПСС Петр Лучинский, ставший после развала СССР президентом Молдавии, и заведующий сектором отдела пропаганды ЦК КПСС Виктор Поляничко, погибший в период ликвидации последствий так называемого осетино-ингушского конфликта. Заручившись перед этим поддержкой первого секретаря Чечено-Ингушского обкома КПСС А.В. Власова, человека влиятельного и мудрого, Магамет Османович мог праздновать победу. Вскоре в Чечено-Ингушетии действительно открылось несколько мечетей, две из которых – в Сурхахи и Барсуки. Так мусульманская община республики вышла из «подполья» и получила возможность легально совершать все религиозные обряды.
С именем М.О. Бузуртанова оказалось связанным еще одно знаковое для Чечено-Ингушетии событие – открытие государственного педагогического института. В течение года ему пришлось пробивать этот сложный вопрос во всех высоких инстанциях – в отделах ЦК КПСС, в Госплане СССР и РСФСР, в Союзном и Российском министерствах образования. Изнурительная работа, стоившая Магамету Османовичу немалых усилий, напряжения нервов и бессонных ночей, увенчалась успехом. Пединститут и поныне существует в Грозном, готовя востребованные учительские кадры. Выполнил он свою миссию и в бывшей Чечено-Ингушетии, восполнив кадровый дефицит, который не в состоянии был удовлетворить один университет.
Таких примеров, свидетельствующих об активной жизненной позиции М.О. Бузуртанова, о его желании видеть свой край цветущим и динамично развивающимся, можно привести немало. Люди старшего поколения хорошо помнят о его добрых делах. Три созыва подряд Магамета Османовича избирали депутатом Верховного Совета ЧИАССР. Среди его многочисленных наград появились орден Трудового Красного Знамени и орден Дружбы Народов.
В 1986 году его направили на службу в органы госбезопасности. М.О. Бузуртанов стал заместителем председателя КГБ Чечено-Ингушетии. На этом посту он проработал следующие девять лет, а в 1992 году в звании полковника госбезопасности вышел на пенсию.
Между тем, над Кавказом занимались кровавые всполохи. Трагическая осень 1992 года превратила Пригородный район в зияющую рану древней земли, застонавшей от боли и жестокости, а вскоре разрушительный вихрь войны пронесся над Чеченской Республикой, заставив вновь содрогнуться пришедшие в ужас вершины Кавказа. Неокрепшая Ингушетия, едва рожденная на свет, стала островком спасения для многих тысяч людей, потерявших своих близких и лишившихся крова над головой.
В час общенациональной беды Магамет Османович не мог оставаться в стороне. Он был там, где нужны были его опыт, где люди остро нуждались в простом человеческом слове, а в 1997 году его назначили первым заместителем министра труда и социального развития Республики Ингушетия.
— Заниматься вопросами занятости населения в ту пору было очень тяжело, — вспоминает он. — Предоставить людям работу было невозможно. Рабочие места попросту отсутствовали. В Ингушетии не было никакой инфраструктуры, и без того слабая промышленная база переживала полный развал, сельское хозяйство дышало на ладан. Худо-бедно функционировала лишь бюджетная сфера – школы и больницы, но и там не было вакантных мест. Ситуацию осложняло присутствие на тот момент на территории республики около 200 тысяч беженцев из Пригородного района и Чечни. Уровень безработицы зашкаливал за 50 процентов. В настоящее время после введения в строй различных объектов, вопросы трудоустройства и снижения уровня безработицы выглядят совсем по-другому. Насколько мне известно, сегодня зарегистрированный уровень безработицы составляет 8, 6 процента. Но это тоже высокий уровень по сравнению с другими субъектами России, а что переживала республика в то страшное время…
В 2009 году М.О. Бузуртанов ушел с госслужбы по возрасту. Но на покое он оставался недолго. Вот уже три года этот неординарный во всех отношениях человек является председателем общественного совета по независимой оценке качества условий оказания услуг организациями социального обслуживания. В составе республиканского Министерства труда семь таких подведомственных государственных бюджетных учреждений. В их числе Троицкий детский дом-интернат, Пседахский психоневрологический дом-интернат, реабилитационный центр для детей-инвалидов в Магасе, Дом ветеранов в Сурхахах, детский оздоровительный лагерь «Эрзи».
Общественный совет, возглавляемый Магаметом Османовичем, сформирован Общественной палатой РИ. Общественный совет внимательно рассматривает результаты оценки деятельности учреждений, занимающихся социальной защитой населения, которые предоставляет ему независимая организация-оператор. Полученная таким образом информация ложится в основу мер, призванных устранять недостатки и совершенствовать работу в этой важнейшей сфере. Заседания общественного совета проводятся ежеквартально, а входят в него представители организаций инвалидов и ветеранов, люди, которые имеют непосредственное отношение к социальной защите населения.
На прощание я спросил у Магамета Османовича, каким, по его мнению, должен быть молодой человек, вступающий сегодня в большую жизнь. Он не раздумывал долго над ответом. Если каждый из нас, независимо от возраста, станет искренне любить родную землю и свой народ, завтрашний день Ингушетии обязательно будет светлым и радостным, убежден он. Младшие должны почитать старших, дети – слушать своих родителей. Ни в коем случае нельзя прервать преемственность поколений, живую связь времен!
— Мои предки происходят из многочисленного ингушского тейпа гилатхой, — рассказывает он. – Несколько веков жили они в селении Гвилети, остатки которого и сегодня сохранились в Казбекском районе Грузии. По преданиям седой старины, грузинский царь в ХVII веке подарил эти живописные места ингушам, отбившим и вернувшим ко двору его сына, юного царевича, пленённого кабардинскими князьями. Исторические источники свидетельствуют, что первым человеком, покорившим Казбек в начале XVIII века, был мой далекий предок Иосиф Бузуртанов. Доподлинно известно, что мой прадед Цоголь Бузуртанов, а следом за ним мой дед Исаак, а также его братья Яни и Муса десятки раз поднимались на вершину Казбека, совершали восхождения на другие вершины Кавказа, выступая проводниками для альпинистов, приезжавших сюда со всех концов света. Позднее знаменитые путешественники оставили немало документальных свидетельств о знакомстве с ингушами, живущими у подножия Казбека, подробно описав быт жителей Гвилети и поведав миру имена тех, кто помогал им преодолевать все трудности опасных и коварных горных троп…
Пусть наш народ всегда будут помнить по его добрым делам, и пусть никогда не умрут священные заветы наших предков, научивших нас мужеству и доброте, ответственности и мудрости, верности и любви.

Ахмет ГАЗДИЕВ

№ 20 (12155), шинара, 12 февраль, 2019 шу / вторник, 12 февраля 2019 года

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *