Сострадание

Этого еще не кота и уже не котенка брат привез из Назрани, чтобы он не оказался на улице. Наверное, в пользу такого верного решения сыграла необычная внешность юного животного. Потому как за братом особо не наблюдается привязанность к этому виду. Котик имеет редкий, янтарный, цвет шерсти и такого же цвета большие глаза. И вдобавок у него на удивление непохожий на своих соплеменников длинный, а когда он его поднимает высокий пушистый хвост. И вся шерсть у него в начале была необыкновенно пушистой и стояла, точно иголочки у ежика. В силу этого обстоятельства в нашем дворе он сразу получил прозвище «Пушистый», с различными от него производными: «Пушок», «Пушканчик», «Пушистик».
Сначала он всех чурался, но недолго. Хорошее отношение к нему расположило его к нам и вскоре он не давал, в буквальном смысле, прохода. Становился или распластывался у ног прямо на твоем пути и начинал ласкаться. Кстати, так он ведет себя и доныне, по прошествии без малого двух месяцев. Но, как ни странно, нежность свою не проявляет по сей день в отношении брата. Его предпочитает обходить стороной. А ведь именно к тому, кто их приютил, будь то кошка или собака, более всего привязываются. Но и в этом аспекте наш необычный котик проявил оригинальность.

Немного времени спустя, когда Пушистый все больше осваивал новую территорию, он получил травму. Помню, это было в среду вечером. То ли в него попал камнем человек, то ли он пострадал в бою с себе подобными, такие стычки продолжаются доселе: кошачье племя довольно воинственно встретило нового обитателя, притом так непохожего на них. Он не только внешностью, но и характером сильно выделяется. Такой дружелюбный ко всем: к людям, кошкам. И всегда ласкается. Любому соплеменнику запросто оставляет свою часть еды, хотя всех кормим одинаково. Но другие быстро поглощают свои порции и без зазрения совести набрасываются на его долю. А Пушистый, не затевая драки, тихо отходит в сторону. Справедливость восстанавливать приходится нам: либо отгонять наглеца, либо нести из дома дополнительную порцию. И дело не в том, что Пушистый слабый или боится. Он просто по своей натуре очень доброжелательный. Как в мультике, помните Кота, который приговаривал: «Ребята, давайте жить дружно».
Так вот, Пушистый с трудом передвигался, волоча по земле четвертую ногу. И делал это крайне редко. В основном, лежал в помещении, на устроенном для него ложе. Ел очень мало. Взглянув на него, невозможно было не увидеть как он страдал, какая сильная боль одолевала его. Но при этом неизменно ласкался, когда к нему подходили, правда, не с такой живостью, как ранее. Аккуратно отводил руку от пострадавшей ноги.
Я, занятая большим ремонтом, вынужденная одновременно закупать все необходимое для нового обустройства дома и выполнять необходимые ремонтные работы, типа побелки, покраски и прочее, обращалась к домочадцам, оказать помощь маленькому зверьку. Не добившись никакой реакции, сама стала искать ветеринара. Люди подсказали где находится ветеринарная аптека. Там получила номер телефона врача-ветеринара. И таким образом узнала, где и когда он принимает. Уже с этой информацией опять воззвала к членам своей семьи: «Вы ведь не так заняты, как я. Вот вам номер телефона и координаты, куда ехать. Отвезите Пушистого к врачу. Как вы можете смотреть на его страдания!».
Безуспешно. Самое лучшее, что услышала в ответ: «Ничего, сам выкарабкается».
В итоге, в субботу утром, не имея более сил зреть чужую боль, вызвав такси, потому что об общественном транспорте речи быть не могло: котик, попав в коробку, сильно встревожился, а когда понял, что я его собираюсь куда-то везти, стал вырываться, отправилась со своей ношей из Кантышево в Насыр-Корт.
В передней у врача находились трое молодых людей. Сам доктор в кабинете занимался профессиональной деятельностью с питомцем одного из дожидавшихся молодых людей. С двумя другими, они оказались товарищами, мы немного побеседовали. Как выяснилось, один из них на автодороге сбил маленького котенка. Но не только не проехал мимо.
— Все это время я ни о чем больше не могу думать, – признался он мне.
Показав своего потерпевшего ветеринару, отправился во Владикавказ, чтобы сделать рентгеновский снимок, который бы подтвердил или опроверг диагноз врача: перелом двух ног. Диагноз подтвердился и маленькому пациенту предстояли операции на обе ноги.
— Посредством интернета я нашел волонтера-женщину, которая за определенную плату будет делать ему уколы, – продолжал мой собеседник. – Самому-то мне с этим не справиться.
Поступок достойный самых высоких слов похвалы и восхищения.
Когда настала их очередь, врач меня предупредил, что ждать придется долго.
– Что делать, подожду сколько потребуется, – ответила я, с трудом удерживая своего маленького, который все время пытался вырваться. И при этом старалась успокоить его, приговаривая обычные слова, которыми ласкала его дома. Но он был так встревожен неизвестной обстановкой и происходящим, ему неведомым, что мне с трудом приходилось его удерживать на коленях (коробка с его добротным полотенцем в качестве подстилки сразу же была проигнорирована и до конца не признана), да еще не сделать еще больнее его ране.
На время операции ребята уехали. Тем временем в помещение вошла девушка с коробкой в руках. А в коробке – котенок. Начали общаться.
Она приехала из села Инарки Малгобекского района со своим племянником, который сразу же отъехал, сказав, что вернется, как только она ему позвонит. Моя собеседница, увидев на дороге травмированного котенка, не смогла остаться безучастной. Свой выходной день (работает в водоканале Малгобека) посвятила оказанию помощи бесхозному зверьку.
Прошло около часа ожидания, когда врач вышел утомленный и сказал, что прооперировал только одну ножку. Он как-будто извинялся, что нам приходится долго ждать.
– Ничего-ничего, – мы подождем, – пытались мы его со своей стороны подбодрить.

А к нам спустя какое-то время примкнула еще одна женщина, жительница села Яндаре. Ее мужчина-водитель также сразу уехал, заметив тоже, чтобы позвонила, как только врач закончит. Я делаю на этом акцент, чтобы читатель знал, что все они – отнюдь не бездельники, а люди, наделенные чувством сострадания, готовые прийти на помощь живому существу в ущерб своим делам и драгоценному времени. Если про женщин можно сказать, что у них сама природа такова, что для них сочувствие, отзывчивость являются нормой, то что сказать о сопровождавших их мужчинах, которые не отвернулись, сказав, как в моем случае, «сам выкарабкается», тем более что все эти котята были не свои, чтобы сработала формула «мы в ответе за тех, кого приручили», в отличие от того, который сидел на моих коленях. Хотя мой брат тоже – не жестокосердный человек. Как раз в те дни он мне поведал одно из своих армейских воспоминаний, к которым по сей день, спустя более тридцати лет, относится трепетно. Он рассказал, сдерживая дрожь в голосе, как подошел к нему старик-афганец 82 лет и сказал, что очень голоден, так как три дня ничего не ел. Он поведал историю детально, приводя все подробности, вплоть до имен своих сослуживцев, но я передам вкратце. Брат с ребятами выделяли старику очень много еды из армейских запасов и через сослуживца-таджика объяснили на фарси, что в этой еде нет свинины, на какой период ему ее должно хватить, а какую-то часть продуктов предложили продать на рынке, за которую он выручит такую-то сумму денег и пусть на нее купит себе обувь, так как его обувка пришла в негодность.
— Он был так взволнован и встревожен одновременно, все время оглядывался, опасаясь, как бы в спину не выстрелили. Но мы его пытались заверить, что среди нас есть тоже мусульмане, чтобы он не боялся. Я вот вспомнил это и у меня мурашки по спине.
Подобных эпизодов в его жизни было немало. Так что сказать, что ему чуждо сострадание нельзя. Но тем не менее.
Когда, наконец, потерпевший в ДТП был прооперирован, настал наш черед, и мы с Пушистым вошли в пропитанный лекарствами кабинет. Врач очень внимательно и основательно осмотрел моего подопечного, который вскрикивал от его тщательного осмотра, раздирая мое и без того растерзанное сердце и сказал:
– Перелома не вижу. Имеется сильный вывих и воспаление. Если хотите, можете отвезти его во Владикавказ на рентгенобследование. Но ни в одном случае мой диагноз не был опровергнут рентгеном. Вот и этот котенок, который только что прооперирован. Все, что я сказал, полностью подтвердилось после рентгена.
Действия врача и его слова для меня были вполне убедительными. Я очень обрадовалась, что перелома нет. Врач нам выписал на десять дней уколы, сам сделал пару инъекций, написал в какой последовательности проводить процедуры и сказал, что если до четверга улучшение не наметится, привести снова.
Именно в четверг улучшение наметилось, что подтвердило: Всевышний Аллах, хвала Ему и слава, внял моим горячим мольбам и Своей Великой Милостью ниспослал Своему созданию исцеление.
Поступок парней, не оставивших на дороге раненое живое существо, напомнил один грустный эпизод из моей журналистской практики. Как-то освящая мероприятие, посвященное людям с ограниченными возможностями здоровья, по-моему это было новогоднее празднество, я познакомилась с девушкой. Ее, студентку медицинского института Санкт-Петербурга, под Новый год вечером в тихом переулке сбила машина. Водитель с места происшествия скрылся. А она, пролежав на холоде без сознания четыре часа, больше пострадала, чем от удара автомобиля. В результате цветущая девушка оказалась в инвалидной коляске.
– Мне сказали, что в Германии есть центр, в котором могли бы поставить меня снова на ноги, но для этого нужны большие деньги, которых у меня нет, – сказала она мне тогда.
Кто-то в летний день мимо невзрачного малюсенького котенка не смог проехать, да будет над ним довольство Аллаха, а кто-то красивую девушку оставил на морозе. И стал поводом ее тяжелого недуга. Предопределение – шестой признак веры во Всевышнего Аллаха. Но наряду с этим религия учит, что каждому человеку предоставлено право выбора. В данных двух случаях хорошо можно это проследить. Если ты в течение жизни взращиваешь внутри себя добрые всходы, они обязательно дадут добрый урожай, и ты принесешь в мир добро.
Именно добрые всходы души заставили молодую чеченку, возвращаясь на родину, вставшую на ноги после войны, не оставить в одиночестве пожилую русскую женщину, с которой на Ставрополье они сблизились. Обе лишились мужей. У Малики на руках маленькие дети школьного возраста. Нет собственного жилья, нет стабильного заработка. Однако, она не устрашилась тягот и протянула ближнему руку добра и помощи. Ее знакомая, полюбившая чеченцев, полюбила их религию и, переехав в Чеченскую Республику, приняла ислам.

А медицинская сестра Назрановской городской больницы Лида приютила свою соседку бабу Маню, оставшуюся одинокой на склоне лет. Ухаживала за ней, привлекая к этому своих дочерей, тем самым создавая в доме добрый семейный климат. Даже муж Лиды не оставался в стороне. И бабу Маню почитали, как почитают родную бабушку в семье. Когда женщина стала совсем плоха, она проявила беспокойство: похоронят ли ее мусульмане по-христиански. Ее пытались убедить, что хорошо бы она приняла ислам и спасла свою душу, но она этого, к сожалению, не пожелала. И Лида ее заверила, что религия должна быть в сердце, если ее нет, то с телом, вне всякого сомнения, поступят по завещанию человека.
– И мы вызвали священника. Бабу Маню предали земле на христианском кладбище. Я все это сделала, потому что, когда мои дети были маленькие, баба Маня мне очень помогала, приглядывая за ними. Я никак не могла ее оставить, – заключила свое повествование Лида.
Не может остаться безучастным тот, в ком живут доброе сердце и сострадание. Есть немало примеров, когда родных тетушек, в свое время отдавших много любви, труда и благ, оставляют без внимания. Да что там тети! И родителям от таких людей не очень–то возвращается.
Мадина КОДЗОЕВА

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *